История тетеревиных птиц

 Дата публикации: 01.03.2011

Не зная прошлого, не заглянешь в будущее. Эта старая истина хорошо известна всем, кто когда-либо сталкивался с проблемами прогнозирования любых процессов, протекающих во времени и пространстве. Тем более значима она в связи с эволюцией жизни любой конкретной группы организмов.

ТетеревТетерев

Как известно, основным источником сведений о прошлом тех или иных животных служат их остатки, которые сохранились в различных слоях земли и изучением которых занимаются палеонтологи. У позвоночных животных такими остатками являются, прежде всего кости. Но тонкие и хрупкие кости птиц сохраняются значительно хуже, чем кости млекопитающих, особенно, если птицы обитали во влажных лесах, где процессы гниения активна разрушали костный материал. Нужно очень редкое стечение обстоятельств, чтобы кости смогли уцелеть в течение сотен тысяч и миллионов лет. Именно по этой причине кости лесных птиц встречаются крайне редко, и нет ничего удивительного в том, что сейчас мы располагаем только единичными находками остатков костей древних тетеревиных птиц. Правда, заметный рост палеонтологических исследований одновременно с совершенствованием их методик дает основания для некоторого оптимизма в будущем. Общее количество палеонтологических находок в мире увеличивается, описываются все новые и новые, неизвестные и давно исчезнувшие с лица Земли, виды птиц, и нас не покидает надежда, что когда-нибудь будут открыты и древние предки тетеревиных птиц.

Но уже сейчас имеющиеся палеонтологические сведения о тетеревиных птицах проливают некоторый свет на последние этапы эволюции семейства, хотя, конечно, данных далеко недостаточно для воссоздания всей истории его возникновения и развития. Самые ранние находки остатков тетеревиных относятся к началу четвертичного периода. Более же древних находок еще нет. Я говорю еще, потому что более ранее существование тетеревиных птиц — факт очевидный. Три самые древние находки обломков костей, возраст которых приближается к 1 млн лет и которые датируются началом плейстоцена, принадлежат уже современным родам — глухарей, тетеревов и белых куропаток. А это значит, что время существования тетеревиных птиц гораздо больше, ибо для формирования отдельного рода у куриных птиц требуется не менее полумиллиона лет.

Работа систематика, восстанавливающего ход эволюции какой-либо группы организмов, выясняющего его предков, родственные связи, место происхождения, сродни работе криминалиста, ибо при отсутствии прямых улик нужно для воссоздания давно минувших событий использовать разнообразные косвенные данные, вводя в действие дедуктивный метод. В случае с тетеревиными птицами необходимо прежде всего брать во внимание тот факт, что адаптивный комплекс их теснейшим образом связан не только с зимним сезоном, но еще и с древесно-кустарниковой растительностью северного, так называемого бореального, типа. Это леса, состоящие из сережкоцветных листопадных видов — берез, осин, ольхи, ив и др.,- а также из хвойных, относящихся преимущественно к четырем родам — сосен, елей, пихт и лиственниц. Основная биологическая специфика этих лесов заключается в приспособлении к резко выраженной сезонности климата, с длительным и крайне неблагоприятным для жизни зимним периодом. Бореальные леса способны противостоять самым сильным морозам и глубокому промерзанию почвы, а лиственничная тайга и вообще растет на вечной мерзлоте. Теснейшая связь тетеревиных птиц с этими лесами заставляет предполагать, что и в эволюционной своей истории они были неразрывно связаны с ними, а значит сведения о времени и месте развития растительности типа бореальных лесов могут помочь в установлении родины тетеревиных птиц и определении их возраста.

Как показывают исследования палеоботаников, развитие лесов бореального типа с преобладанием хвойных и листопадных сережкоцветных видов деревьев и кустарников началось очень давно, почти сразу после окончания эпохи динозавров, когда по всей Земле стали быстро распространяться покрытосеменные растения. Сейчас установлено, что уже в палеогене, т. е. около 40 млн лет назад, в арктических широтах Северного полушария сформировалась особая, так называемая арктотретичная, флора, представленная смешанными лесами из хвойных, листопадных широколиственных и сережкоцветных видов, произраставшими в условиях умеренного или умеренно теплого климата. Листопадность деревьев в тот период вызывалась скорее всего не холодом в зимний сезон (зимы как таковой, т. е. со снегом и минусовыми температурами, еще не было), а резким уменьшением освещенности. Ведь такой

фактор, как полярная ночь, должен был действовать очень и очень давно. Прекрасная приспособленность тетеревиных птиц к многочасовым перерывам в питании тоже, может быть, начала вырабатываться у их предков под воздействием долгих зимних ночей в высоких широтах.

Лесная растительность в третичное время сплошь покрывала громадные пространства Евразии и Северной Америки, а также шельфы этих континентов, когда материковые отмели, находящиеся сейчас под водами Северного Ледовитого океана, на довольно долгие периоды освобождались от воды. Эти леса, несомненно, должны были отличаться богатством и разнообразием фауны, в том числе и курообразных птиц. На сегодняшний день по костным остаткам известны, по крайней мере, два десятка видов ископаемых фазановых птиц, населявших третичные леса. Скорее всего, именно среди этих древних фазановых, обитавших в наиболее северных лесах, и появились формы, которые встали на путь длительной эволюции, приведшей в конце концов к возникновению и расцвету тетеревиных. Точных сроков таких событий мы не знаем, но несомненно, что в распоряжении предков тетеревиных птиц было вполне достаточно времени для достижения того изумительного совершенства, которое мы сейчас наблюдаем. Во всяком случае, палинологические и палеоботанические исследования свидетельствуют, что уже в середине третичного периода, около 30 млн лет назад, в так называемом Берингийском (чукотско-аляскинском) секторе Арктики росли леса, где господствовали темнохвойные и сережкоцветные породы тех же самых родов, представители которых и поныне составляют главную биомассу таежной растительности.

То, что именно фазановые птицы были предками тетеревиных, сомнений вроде бы не вызывает. Семейство фазановых птиц, выделяющееся среди современных курообразных наибольшим разнообразием .видов, весьма древняя группа, известная с эоцена и успевшая к середине третичного периода широко распространиться по земному шару. Все приспособительные особенности тетеревиных птиц не возникли вдруг и на голом месте. Их зачатки мы находим сейчас у самых разных видов фазановых. Это и частичное оперение ноздрей или лап у отдельных их представителей (прежде всего у горных видов, обитающих в Гималаях), и достаточно хорошо развитый слепой отдел кишечника. Совершенно новым образованием у тетеревиных являются только роговые выросты по бокам пальцев, которых нет больше ни у кого как среди куриных, так и в классе птиц вообще.

Длительное обитание предков тетеревиных птиц в арктотретичных лесах, а также их постепенное приспособление к долгим зимним ночам и питанию (после опадания листвы и плодов) почками, сережками и хвоей, а затем и концевыми частями побегов дали в итоге прекрасный результат. Похолодание климата, начавшее ощущаться уже в середине третичного периода, продолжало прогрессировать, пока не привело к началу знаменитых ледниковых эпох четвертичного периода. Во время этих эпох на громадных пространствах северной суши полностью исчезала теплолюбивая растительность, а вместе с нею и теплолюбивая фауна. Даже холодостойкие леса в разгар ледниковых эпох должны были отступать далеко к югу, оставляя безлесные пространства, покрытые своеобразной травянистой растительностью с примесью кустарников, где в причудливых сочетаниях встречались степные и тундровые виды. Специфику этого ландшафта как нельзя лучше отражает его название — тундростепь.

Лишь немногие виды животных смогли приспособиться к новым условиям, и среди них тетеревиным птицам принадлежит особое место. В лесах бореального типа они оказались в самое тяжелое зимнее время практически вне конкуренции за источники питания. Выработав на столь надежном основании новый комплекс адаптаций, позволивший превратить снежный покров из отрицательного в положительный фактор, они достигли полного расцвета, освоив все типы северных экосистем, а затем и тундру. Поэтому можно считать, что холодный четвертичный период был наиболее благоприятным для развития и дальнейшей эволюции тетеревиных птиц, с успехом существовавших как в холодные ледниковые эпохи, так и в теплые межледниковья.

Мы живем сейчас в условиях очередного межледниковья, и факт процветания тетеревиных птиц еще несколько десятков лет назад можно было наблюдать практически повсеместно. Но безудержная технологическая экспансия человека, за какие-то полвека (краткий миг для геологического времени) поставившая земной шар на грань экологической катастрофы, положила конец и благоденствию тетеревиных птиц, повлияв самым отрицательным образом на ход эволюционного развития этой группы. Резкое уменьшение численности и плотности населения большинства видов, сокращение и разобщение некоторых обширных и сплошных ареалов создают сейчас ощутимую угрозу дальнейшему существованию практически всех видов.

Будущее тетеревиных птиц, как и вообще мира живой природы, неразрывно связано с тем, сумеет ли в конце концов человечество ограничить свое существование разумными рамками, прекратить разрушительное воздействие на биосферу и перестать рубить сук, на котором сидит. Если нет, обсуждать, собственно говоря, нечего. Какое будущее может быть у птиц при экологическом коллапсе планеты! Но это пока несколько отдаленные перспективы. Сейчас же, когда еще не все надежды окончательно потеряны, когда с острейшей радостью воспринимается любой факт разумного поведения в биосфере, прогнозы о дальнейшем существовании тетеревиных птиц могут быть не слишком пессимистичными. Для нашей страны в этом отношении утешительным примером могут служить такие высокоиндустриализированные страны, как Великобритания и США, убедительно показывающие возможность благополучного существования тетеревиных птиц в агроценозах и охраняемых участках дикой природы. Кстати, при этом сказывается общая специфика приспособлений тетеревиных птиц к холодному климату, и в индустриально развитых странах при всех прочих равных условиях положение тетеревиных птиц тем лучше, чем севернее находится страна.

Та ситуация, которая сложилась у нас с тетеревиными птицами на сегодняшний день, не поддается однозначной оценке. Если с такими видами, как глухарь, рябчик, белая куропатка, во многих частях их ареалов дело обстоит, в общем, терпимо, то оба вида тетеревов и дикуша уже нуждаются в срочной защите, а состояние каменного глухаря неясно и требует незамедлительного изучения всех особенностей биологии этого вида. В целом можно сказать, что наиболее благоприятная обстановка наблюдается там, где воздействие человека на дикую природу пока незначительно, и таких мест, к счастью, еще много, но тревожит нарастающая скорость, с какой количество этих мест уменьшается. И мы должны, обязаны уже сейчас, не откладывая, разрабатывать, планировать и осуществлять те меры, которые позволят тетеревиным птицам жить в условиях урбанизированных или преображенных агроценозами ландшафтов, поскольку перспектива для большей части территории нашей страны именно такова. Однако прежде, чем говорить о таких мерах, следует остановиться на том, для чего это нужно, в чем значение тетеревиных птиц и для человека, и для окружающей его природной среды.

До недавних пор (а кое у кого и сейчас) практическое значение тетеревиных птиц определялось только ценностью их мяса. Такой гастрономический консерватизм в отношении этих птиц понятен, ибо вырабатывался у человека со времен каменного века. Высокое качество мяса большинства этих птиц и их многочисленность сделали тетеревиных птиц одним из постоянных источников питания человека на севере еще с древнейших времен. Раскопки палеолитических стоянок по всей Европе показали, что люди древнекаменного века наряду с мамонтами и пещерными медведями неизменно потребляли и этих птиц, в первую очередь белых куропаток. Костных остатков последних особенно много на стоянках мустьерского времени, существовавших примерно 20 тыс. лет назад. Такой период в истории людей севера, когда человек удовлетворял все свои нужды в животных белках за счет местных, ресурсов дичи, продолжался долго, кое-где даже до конца прошлого века. Следующий этап в эксплуатации тетеревиных птиц совпал с начавшимся процессом освоения новых или малозаселенных территорий. Это был промысел, поставлявший дичь на внутренние и внешние рынки. Он сопровождался столь массовым истреблением птиц, что довольно скоро их запасы были основательно подорваны, а некоторые виды оказались на грани исчезновения. Тогда уровень добычи резко снизился и промысел стал терять рентабельность. Правда, от случая к случаю оставленные в покое популяции быстро восстанавливали свою численность и снова позволяли вести промысел. Однако наступившая эра невероятного загрязнения окружающей среды положила конец всякой возможности восстановления былого изобилия этих птиц.

В наше время пришел черед новому периоду во взаимоотношениях человека и тетеревиных птиц, знаменующемуся более гибким и разумным использованием ресурсов последних на основе спортивной охоты. Как это ни парадоксально, но сейчас именно спортивная охота дает тетеревиным птицам один из главных шансов на выживание. И парадоксальность оказывается весьма относительной, если принять во внимание очень важное обстоятельство. Выше я уже не раз показывал, какую первостепенную роль для современного благополучия тетеревиных птиц играет сохранение исконных мест их обитания — территорий, где хозяйственная деятельность человека ограничена или вообще отсутствует. В населенной местности такие территории сейчас имеют в подавляющем числе случаев статус либо заповедника (заказника), либо охотничьего хозяйства, причем последние по количеству и разнообразию занимаемых угодий намного опережают заповедники.

Современные охотничьи хозяйства, являющиеся владельцами участков дикой или полудикой природы, представляют собой в экономическом плане типичные предприятия, действующие для получения прибыли, т. е. стремящиеся к рентабельности. Но поскольку производят они исключительно охотничью фауну, то и главный упор в их деятельности направлен на создание и поддержание высокой численности охотничьих объектов, в том числе и тетеревиных птиц. Такие охотничьи хозяйства в идеальном варианте строго следят за тем, чтобы не допустить перепромысла или не подорвать численность каким-либо иным образом. Они кровно заинтересованы в научных исследованиях по биологии своих объектов и, судя по опыту некоторых стран, активно финансируют эти исследования, прекрасно понимая выгодность таких затрат. Уже сейчас охотничьи хозяйства, например в Шотландии, добиваются столь высокой плотности тетеревиных птиц, которой нет даже в заповедниках.

Конечно, подобных хозяйств в нашей стране еще нет. Слишком мы отстаем, причем не в области науки, в том числе и охотоведческой, но в организационном плане из-за бескультурья и необразованности руководящих охотничьих кадров. Создание современных охотничьих хозяйств проходит у нас лишь первые стадии. И здесь обязательно нужно учитывать то обстоятельство, что для большей части территории нашей страны тетеревиные птицы являются идеальным объектом таких хозяйств. Они прекрасно приспособлены к местным условиям, они быстро размножаются, они дают высокую плотность населения, наконец, они не улетают ни на зиму, ни на иные сезоны года. Все, в чем сейчас нуждаются тетеревиные птицы, это наличие укромных мест для того, чтобы без помех вырастить потомство и перезимовать. Бесспорно, заповедники в этом отношении вне конкуренции, но как бы ни развивалась их сеть, она никогда не будет такой густой и всепроникающей, какую создают охотничьи хозяйства. У заповедников особые функции. Крупные размеры территорий и строгий режим, ограждающий в немалой степени от фактора беспокойства, делают их эффективными производительными центрами, районами активного размножения тетеревиных птиц, откуда непрерывно идущий процесс расселения подпитывает и окрестные, и более дальние популяции. Не следует также забывать важнейшее значение заповедников для науки, поскольку здесь существуют самые благоприятные условия для полевой работы орнитологов. Объекты исследования — вот они, и уже только от тебя, от твоих знаний, умения и изобретательности зависит, каким образом, не тревожа птиц, получить необходимую информацию о тех или иных моментах их жизни.

Небольшие же по размерам, но очень эффективно использующие благоприятные территории в каждом конкретном районе охотничьи хозяйства на деле смогут стать опорными пунктами воспроизводства и вместе с заповедниками помогут сохранить наших тетеревиных птиц в обозримые десятилетия на удовлетворительном уровне. Плата за это — гибель от охотников — составит сравнительно небольшую добавку к тому количеству птиц, которое гибнет в дикой природе от хищников, болезней и климатических невзгод. Пока же царящая у нас бесконтрольность дает возможность браконьерам вне территорий охотничьих хозяйств добывать тетеревиных птиц в масштабах, несравнимых с теми, которые существуют в пределах этих хозяйств.

Деятельность же охотничьих хозяйств по поддержанию и увеличению численности дичи многообразна. Это и биотехнические мероприятия, включающие весеннюю подкормку самок, и более строгий и продуманный календарь охоты и борьба с хищниками. Здесь сразу же возникает вопрос о весенней охоте, столь активно дискутирующийся у нас и не решенный по сей день. По отношению к тетеревиным птицам ответ однозначен: весенняя охота влияет на них самым отрицательным образом, и чем меньше становится тетеревиных птиц, тем это влияние сильнее. Весеннюю охоту могут позволять, причем исключительно по экономическим соображениям, только крупные, хорошо поставленные охотничьи хозяйства со штатом грамотных егерей. Выше, в очерке об обыкновенном глухаре, я уже подробно объяснял, как в таких хозяйствах должна быть организована весенняя охота на глухариных токах.

Однако реальное значение тетеревиных птиц гораздо больше, чем удовлетворение охотничьих страстей и аппетита гурманов. Наши птицы играют огромную роль в экосистемах таежных лесов и тундр. Ведь их активная жизнедеятельность продолжается круглый год, в том числе и зимой, на которую нередко приходится большая часть года и когда подавляющее количество животных либо отсутствует, либо бездействует. Питание тетеревиных птиц растительными объектами, иными словами, их функционирование в качестве первичных потребителей, по своим масштабам сравнимо с деятельностью копытных и зайцеобразных млекопитающих — основных групп, которые вовлекают в кругооборот веществ огромную долю растительной массы экосистемы. В этом заключается первый важный аспект их жизнедеятельности. Второй аспект отражает их значение для вторичных потребителей — хищников, также активных в течение всей зимы и питающихся теплокровными животными. Большая масса тела тетеревиных птиц обусловливает то обстоятельство, что на их долю в экосистемах таежной зоны приходится до 88% всей биомассы зимующих птиц, хотя по числу особей их доля всего лишь 8-15%. Неудивительно, что для многих хищников они являются одним из первостепенных объектов питания в бедное кормами зимнее время. Этот вроде бы чисто теоретический аспект сразу же приобретает яркую практическую окраску, как только мы берем в расчет, что среди этих хищников немало объектов пушного промысла, таких, как песец, соболь, куница и т. д. Отсюда следует, что поток валюты, идущий в нашу страну через пушные аукционы, в определенной мере обеспечивается и нашими тетеревиными птицами.

Охраняя тетеревиных птиц в природе, их можно разводить также и в вольерах. С самого начала это оказалось намного труднее, чем разведение фазанов. И в нашей стране, и за рубежом подобные попытки предпринимались уже давно, но только в последние десятилетия был достигнут наконец безусловный успех в содержании и разведении в вольерах таких видов, как обыкновенный глухарь, воротничковый рябчик, голубые тетерева, степные тетерева и американские виды дикуш. Гораздо труднее, оказалось сделать это с обыкновенным рябчиком, тетеревом-косачом и белыми куропатками. Но даже и в случае успеха разведение тетеревиных птиц требует несравненно больших усилий и затрат, чем разведение фазановых птиц, не говоря уже о домашней курице. Парадоксально, но факт: научившись существовать в самых суровых условиях нашей природы и отличаясь в обычной жизни завидной неприхотливостью, тетерева и другие виды становятся очень чувствительными при обитании в вольерах, заболевая, а то и погибая при малейших отступлениях от технологии содержания, нередко довольно сложной. И даже в наиболее удачных случаях дело еще ни разу не доходило до масштабов промышленного производства — слишком это дорогое и хлопотное предприятие. А вот для целей интродукции и реинтродукции, для увеличения численности на определенных территориях современный уровень, достигнутый в деле разведения и содержания тетеревиных птиц, вполне достаточен.

Интродукция тетеревиных птиц, т. е. завоз отдельных видов туда, где они раньше отсутствовали, имеет значительные перспективы, хотя и требует самой тщательной научной и технической подготовки. Пока успешных результатов настолько мало, что на фоне многих неудач они вроде бы совершенно не смотрятся. Это уже упоминавшаяся удачная реакклиматизация глухаря в Шотландии и в северном Казахстане. Опыты такого рода очень трудоемки, дорогостоящи и, видимо, поэтому крайне редки. Но будущее у данной работы есть, и не малое. Во всяком случае, в нашей стране можно попытаться поселить несколько видов американских тетеревиных: канадскую дикушу в еловой тайге Восточной Европы и Западной Сибири, а голубых тетеревов, воротничкового рябчика и белохвостую куропатку — в лесах и альпийском поясе Кавказских гор. Помимо практических целей, эти опыты стали бы очень важны в научном отношении, поскольку помогли бы выявить глубину специфических адаптаций американских тетеревиных. Ведь завоз европейских видов тетеревиных в Северную Америку положительных результатов пока не дал. Заключается ли причина этого в каких-то особых, не улавливаемых нами различиях природных условий Северной Америки и Европы или в чем-то еще, покажут дальнейшие исследования.

У меня есть надежда на будущее тетеревиных птиц. Ее дает растущая буквально на глазах экологическая грамотность населения и увеличивающаяся армия любителей природы, всерьез поднимающихся на защиту нашей родной Земли.

Первоисточник: «Семейство тетеревиных птиц».

Автор работы – Потапов Роальд Леонидович, гл.н. сотр. Зоологического ин-та Российской Академии наук, доктор биол. наук, профессор.

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...