Телеканал «Охотник и рыболов»

Говоря о телевидении, я имею в виду близкий нам, охотникам и рыболовам, телеканал «Охотник и рыболов» ohotnikirybolov.tv, который ныне круглосуточно может смотреть любой пользователь «Триколора». Есть сейчас и другие телевизионные каналы аналогичной направленности, но я, как «юзер» триколоровского ресивера, буду говорить только об этом.

Телеканал "Охотник и рыболов"Телеканал «Охотник и рыболов»

Существует «Охотник и рыболов» уже не первый день, так что кое-какие устоявшиеся впечатления о его программах, думаю, можно высказать. Сразу оговорюсь, что мои рассуждения основаны не только на личных мыслях, но и на мнении многих знакомых охотников и рыболовов, людей разного социального статуса и материальных возможностей.

Помнится, когда только начал работать упомянутый канал, мне приходилось слышать высказывания типа «Да там крутят одно и то же!» и в ответ вступать в полемику, доказывая, что повтор программ при круглосуточной трансляции неизбежен, и убеждать, что с развитием и расширением перечня передач канал будет становиться все более полезным и зрелищным.

Как сейчас принято по законам конкурсов и хит-парадов начать хочу с программ, рейтинг которых у знакомого мне «населения» (охотников и рыболовов) наиболее низок.

Программа «Охота на охотника»

Первое место «с конца» на мой взгляд занимает программа «Охота на охотника». Это в целом «абсолютное зло», если следовать терминологии западных кинобоевиков-экшенов. Я до сих пор не могу понять, откуда взялось и что подразумевает название программы. «Охота на охотника» — это вообще о чём?! Не о нас ли с вами часом? Действия, которые разворачиваются на экране, не имеют никакого смысла — ни познавательного, ни воспитательного, к тому же и развлекательная ценность их равна нулю. Герои передачи, одетые в совершенно нелепые одежды петровских времён, прыгают, ныряют и бродят по прибрежной растительности, время от времени с глупым выражением произнося бессмысленные фразы. Изображают фехтование то на спиннингах, то на подсачиках, сменяют ботфорты и камзолы семнадцатого века на ласты и гидрокостюмы, корчат гримасы и подкрадываются к неведомой добыче в окружении консервных банок. Они, по всему видно, просто дурачатся, но при этом имеют претензии на остроумие и юмор.

Складывается впечатление, что для создания программы «Охота на охотника» собрались люди, далекие не только от охоты и рыбалки, но и от актерского и режиссерского мастерства. Подобная смесь некомпетентности и бездарности рейтинга каналу не добавляет, а лишь дискредитирует его. Хотя мне неизвестны законы телевидения, может быть, там можно действовать по принципу: вали все в кучу, каждый сам себе выберет! Но в случае с «Охотой на охотника» и выбирать-то нечего и не из чего. Наверное, это и есть один из признаков разложения нашего общества. Одни дурачатся, а остальным просто наплевать. Наплевать бы можно, однако следует помнить, что сие бездарное, глупое действо транслируется по ТВ на всю страну. Или, может, это действительно иезуитский способ «охоты» на нормальных охотников?!

Программа «Охотник кадровый»Программа «Охотник кадровый»

Программа «Охотник кадровый»

Второе место с того же «краю» я бы отдал программе «Охотник кадровый». Тут тоже причин, чтобы погоревать, поплакать и повозмущаться, пруд пруди.

Ну, во-первых, название программы. «Охотник кадровый»! Что это такое? Все, кто более или менее интересуется охотой, что-то читали на эту тему (и не только «Охотминимум»), знают, что кадровый охотник — это человек, имеющий профессию охотник. И неважно, где он числится — в зверопромхозе, леспромхозе, промхозе или даже совхозе, везде, главное в штатном расписании есть единица — «охотник-промысловик». Это кадровый профессиональный охотник-промысловик. Это аксиома. Не известна она лишь создателям программы «Охотник кадровый», которая является по сути пародией на профессию кадрового охотника. Я уверен, что режиссер этой программы очень далёк не только от понимания профессиональной охоты, но и любительской тоже.

Зато я вижу на экране молодого симпатичного парня — ведущего программы — и сквозь смех и слёзы сознаю, что он тоже бесконечно далёк от охоты. Это становится понятным любому, кто охотился хотя бы в течение нескольких лет, а уж тому, кто, как я, бродит с ружьем за птицей и зверем с полвека, — тем более. Всё в поведении ведущего программы «Охотник кадровый» говорит о том, что он — не охотник! Он не умеет ходить, как охотник, не умеет правильно открыть и закрыть двустволку, не умеет носить её! Он не умеет охотиться — недаром все его «охоты», о которых он пытается нам рассказать, — театральны и безрезультатны.

О чём нам хочет поведать этот «кадровый» охотник? О том, как собрать (вдумайтесь) надувную лодку самой дешевой модели! О том, как поставить палатку, демонстрируя при этом простейший вариант в стандартном синтетическом чехле! Сам он её во время передачи не ставит и советует ни в коем случае не покупать «американские» палатки, а брать «наши», потому что, оказывается, в Америке всегда тепло и нет таких морозов, как у нас!

Интересно, откуда у него такие сведения и что делать с огромным количеством прекрасных палаток не «американского» и не «нашего» производства, а, например, канадского, финского или шведского? Весь рассказ «про палатки», по заверению ведущего, происходит в условиях, максимально приближенных к экстремальным — в ночном заснеженном поле, но на недалёком горизонте видна цепочка электрических огней! Цивилизация, однако. Ведущий так и не попытался собственноручно раскрыть и поставить палатку и в конце программы, когда нейлоновый домик оказывается уже кем-то собранным, пожелал всем спокойной ночи и полез в палатку, где не было ни спальника, ни вообще ничего.

Так и хочется пожелать «кадровому охотнику» не мучиться, а пройти или проехать полем или дорогой метров 800 до ближайшего посёлка, огни которого присутствуют в кадре, и устроиться на ночлег в тёплом доме.

Настоящему охотнику сразу становится видна «лажа» (извините за жаргон) в действиях человека, примеряющего на себя чужую одежду — в данном случае охотничий имидж. Новенький, мешковатый камуфляжный костюм, или снайперский костюм от voenshop, походка в развалку, с носками ног, вывернутыми наружу, — это из-за деревьев появляется ведущий программы «Охотник кадровый» и с явно наигранной суровостью в голосе сообщает, что «сейчас мы с вами увидим НАСТОЯЩИХ ЖИВЫХ подсадных уток!». Звучит это так, будто недалеко от ведущего мы сейчас увидим медведя-шатуна или динозавра.

Ещё эпизод: ведущий прикладывается к ружью, обычному ИЖ-27, при этом зачем-то вытягивая указательный палец правой руки вперёд вдоль щечки шейки приклада, и со знанием дела говорит: «ПРЕВОСХОДНОЕ оружие! Как раз для меня!» Что тут скажешь? Рядовое ИЖ-27, наверное, единственное ружье, которое парень держал в руках, и, возможно, оно-то — как раз для него. В одной из передач в процессе своих нравоучений он сидит в обнимку с двустволкой, обнимает её руками на разный манер и вообще совершает с ружьем манипуляции, в результате которых, будь оно заряжено, он был бы убит на месте.

Очень интересной показалась мне передача «Охотника кадрового», которую ведущий посвятил раскрытию секретов не поверите — постановки петель. Становится понятным, что сам он их никогда не ставил и ставить не будет, что он об этом деле понятия не имеет, как и о том, ЧТО он вообще делает и ЧЕМУ хочет научить телезрителей. При этом ведущий программы многозначительно повторяет, что «петли можно ставить НЕ НА ВСЕХ ЗВЕРЕЙ, А ТОЛЬКО НА ЗАЙЦЕВ!»

В целом программа «Охотник кадровый» — образец некомпетентности всех, кто готовит её: сценариста, режиссера, ведущего.

Эти две программы прочно занимают позиции самых неудачных на канале «Охотник и рыболов», остальные могут быть определены либо как «так себе», либо как хорошие и отличные.

Программа «Охотничьи приключения»

«Так себе» — звучит довольно неопределённо, но других слов подбирать не хочется, потому как в этот разряд попадают, на мой взгляд, программы, где пропорции «мёда» и «дёгтя» меняются, но оба ингредиента присутствуют непременно.

Например, программа из цикла «Охотничьи приключения», где подробно рассказывается (и показывается) о поездке московских охотников в Казахстан на охоту за кабаном. Зимняя заснеженная степь, безлюдье, мороз, кавалькада мчащихся в снежных вихрях японских джипов. В целом всё красиво, сурово и интересно. Сама охота на кабана — организована местными охотниками четко и правильно, а главное результативно. В съемках много охотничье-походного колорита, экстрима, как модно стало говорить: густой пар от дыхания людей и собак на морозе, кормежка гончих мясной похлёбкой с кровью, рассказы участников охоты.

Это — «мёд». А «дёготь» появляется в небольших эпизодах, где человека, хорошо разбирающегося в правилах и этике настоящей охоты, смутят следующие неприятные моменты. Выстрел, скорее всего из машины, в непуганую лисицу, сопровождающийся комментарием, что, дескать, одному из участников «посчастливилось закрыть лицензию на лисицу».

Скоро становится ясно, что никакой лицензии ни на лисицу, ни вообще на какую-либо дичь компания не имеет. А разве можно думать иначе, когда попутно с кабаном отстреливают зайца, по дороге к месту охоты сворачивают на местные радоновые источники, где в самые лютые холода вода не замерзает, и с азартом, выбежав из машин, стреляют нашедших там убежище от мороза уток.

Стреляют плохо, убивают одного чирка, тушка которого сиротливо покачивается на воде в клубах пара. Стрельбу серых куропаток не показывают, но на нескольких кадрах хорошо видно, как один из «охотников» бросает на передний полик джипа живую подраненную серую. Зимой, в снег, в мороз, стрелять серых куропаток — это что такое?

И главное — зачем им, явно небедным людям, эта куропатка, этот чирок, да и заяц тоже, убитые по-браконьерски? А стреляют они просто так, «от азарта», «для адреналина», по принципу — «убей всё» и потому что в тех местах, конечно же, нет никакого контроля, там можно всё! Или можно подумать что-либо другое? Вряд ли.

И еще один штришок наносит московский продюсер, глядя на заросли мелкого тростника, обычного на всем юге, он заявляет: «Это не камыш, это трава какая-то.» Возможно, московскому гостю казахстанских охотников и не приходилось видеть столь «редкого» представителя дикой флоры, как тростник, но ему на ум должен же был прийти вопрос: если эта не камыш, то тогда, что за трава такая высокая с метелочками?

В одной из программ ведущий, в целом образованный человек, знающий иностранный язык, на весенней охоте на селезня, расстроенный плохой работой подсадной утки, не скрывая раздражения, обзывает свою помощницу-неумеху «заразой», а потом тащит её на другое место (более сухое, ибо утка совсем намокла) на веревке, привязанной к её ноге, по воде и по земле. Совершенно безжалостно и равнодушно — как неживое существо.

При этом очень хорошо видно, насколько жизнь и здоровье этой несчастной кряковой безразличны московскому охотнику, который наверняка не вырастил сам ни одной утки. Понятно, что он раздражён молчаливой подсадной, раздосадован сорванной охотой, но неужели живое существо, которое он тащит по воде за лапу, тащит «против шерсти», не обращая внимания ни на что, — не заслуживает элементарного сострадания и того, что называют «проявлением охотничьей культуры и этики»?

И начинаешь думать: если и есть у ведущего понятия об этом, то не считает ли он соблюдение правил лишь пустой формальностью в угоду искусственному «имиджу». Или если у тебя вызывает восторг работа чужой собаки по подсадному фазану (не бог весть какой сложной по добыванию дичи), разве обязательно громко и, много раз повторяя, восторженно хвалить её в присутствии хозяина: «Ай, умница! Ай, молодец! Ай, хорошая моя!» Хозяин собаки сам знает, насколько хороша его собака, и так напористо и громко во время охоты высказывать восторг в отношении её человеку, самому не имеющему собаки, наверное, не совсем этично.

Программа «Оружие»Программа «Оружие»

Программа «Оружие»

Тема оружия мне очень близка и интересна, поэтому к программе под таким же заголовком я отношусь очень внимательно. И если, допустим, к великолепному Сергею Мироничеву или точному в деталях Алексею Суденко придраться при всем желании просто невозможно, то в других передачах всё же есть, пусть незначительные, но заметные промахи.

Например, понятно и оправдано наличие на руках ведущего и «гостя» программы С. Мироничева белых перчаток при осмотре ими уникальных раритетных ружей последнего. Но в другой передаче, с другим «гостем», с недоумением видишь те же белые перчатки при осмотре самых что ни на есть рядовых, валового выпуска БМ-16 и Т03-34. Зачем здесь этот ненужный атрибут? Показушно и бессмысленно.

При охоте на вальдшнепа ведущий, обладатель отличной немецкой «вертикалки» 12-го калибра, видимо, из вежливости хвалит ружьё напарника по охоте, и по совместительству «гостя» программы, «магазинку» МЦ-20-01, называя её «интересным» ружьём. Вежливость — прекрасное качество, но не тогда, когда в жертву приносится объективность. Трудно найти менее подходящее ружьё для охоты на тяге, чем МЦ-20-01. К тому же ведущий, с претензией на знатока ружей, мог бы и подсказать «гостю», как устранить недоработку конструкции этой современной берданки, у которой патрон при подаче в ствол утыкается в казенный срез. Вообще же дичь, подобная вальдшнепу, из такого ружья добывается, как говорят, не благодаря, а вопреки.

Пристрелка ружья самоснаряженными патронами на дистанцию 25 метров тоже может вызвать недоумение и опросы. Нет, сама по себе пристрелка — вещь полезная и нужная. Проводится только она по стандартным классическим правилам на 35 метров — во всем мире и любыми ружьями. Именно на эту дистанцию — 35 (иногда 36) выведены процентные нормы кучности, сгущения к центру и равномерности осыпи. И именно цифры процентов на ЭТУ дистанцию являются показателем боя ружья, и по ним можно определить качество боя относительно того или иного дульного сужения. Это аксиоматично. Например, около 50-55 % кучности на 35 метров должен давать так называемый получок, 55-70 — полный чок, другие сужения — давать какие-то промежуточные показатели. Но в любом случае — на дистанцию 35 метров.

А что можно сказать о сужении, давшем 80 процентов попаданий на 25 метров? Да толком ничего! На дистанции МЕНЬШЕ 35-ти метров, что и имеет место в программе, бой ружья определяют не процентными показателями, а количеством дробин соответствующего номера, попавшими в контур или силуэт той дичи, которую собираются отстреливать этой дробью на эту дистанцию. Практически на глаз, без всяких подсчетов и вычислений. А классический отстрел для определения качества боя с конкретным дульным сужением проводят только на 35 метров.

Программы с ведущим В. Климовым

Из охотничьих программ наиболее благоприятное впечатление производят работы воронежских охотников с ведущим В. Климовым. Темы здесь раскрываются грамотно, неторопливо и красиво, внешность ведущего, что, согласитесь, немаловажно, и его речь приятны и правильны. Легкое недоумение у меня, да и у любого охотника, много охотившегося на гусей, вызвала лишь одна-единственная фраза из передачи об охоте на гусей на северных болотах: Гуси здесь летают так низко, что за всё время мы так и не смогли взять нужного упреждения». Здесь так и хочется спросить: «А вы вообще, ребята, стрелять умеете? И какое расстояние, если не секрет, вам нужно, чтобы взять нужное упреждение и попасть дробью в летящего гуся?»

Программа «Охотничьи истории»Программа «Охотничьи истории»

Программа «Охотничьи истории»

Ведущему другой программы «Охотничьи истории» мне хотелось бы посоветовать: прежде, чем заявлять о том, что «по слухам» в одном охотничьем хозяйстве перепела «собирается видимо-невидимо», понять, каким способом эта видимость-невидимость достигается, заглянуть в Правила охоты, а потом уж рекламировать свою охоту.

Вообще «коммерческие» охоты — вещь насколько спорная, настолько и неизбежная, к сожалению. Спорность этих охот, вернее основание называть их «настоящей охотой», заключается в том, что многие из них являются по сути отстрелом либо полудомашних животных, либо животных очень мало пуганых, и проводятся они под «руководством» работников охотничьих хозяйств, которые делают за «клиентов» 100 процентов работы по выслеживанию и скрадыванию объектов охоты. Кроме того, носят для клиента все приспособления для охоты, иногда даже оружие, и перед выстрелом указывают «охотнику», в кого и когда стрелять.

Неизбежность увеличения доли таких охот в общем перечне способов добывания диких зверей и птиц тоже очевидна, так как число людей, не имеющих возможности или просто не желающих (в силу тех или иных причин) охотиться «вольно», а значит без гарантии, все увеличивается. Эти охоты, как например в Африке или Новой Зеландии, могут вызывать только смесь иронии и жалости у тех, кто всю жизнь охотился самостоятельно. Современные винтовки не дают шанса ни слону, ни бегемоту не стать добычей охотника с брюшком, с кривыми ногами и одышкой, которого страхуют не то егеря, не то военные чернокожие люди с АК-47 в руках. Его приведут «за ручку» к животному, стоящему недалеко или даже рядом, и ему остается лишь выстрелить «по месту». А то, что при этом «клиент» ощущает прилив адреналина — ну, это естественно. Возьмите двустволку и застрелите в селе или хуторе домашнего кабана, стоящего в сажке, вы неизбежно почувствуете волнение и некую дрожь, особенно когда это произойдет впервые. Возможно меньше, чем при выстреле из мощного карабина в смирно стоящего неподалеку слона, но почувствуете.

Убийство крупного живого существа, особенно с близкого расстояния, всегда вызывает прилив этого самого адреналина. В этих охотах ничего предосудительного нет — раз есть спрос на приливы основного гормона мозгового вещества надпочечников, — всегда будут и предложения. Существуют сотни и тысячи владельцев нарезного и гладкоствольного оружия, называющие себя охотниками, но охота которых НИКОГДА не бывает самостоятельной и которые в самой охоте ставят лишь подпись под контрактом или путёвкой и производят выстрел.

Они абсолютно не умеют выслеживать дичь, распознавать следы и их свежесть, определять пути переходов зверей, места их кормежки и отдыха, они не умеют в охоте НИЧЕГО, кроме как стрелять. Однако их это вполне устраивает, и все эти долгие поиски дичи, без помощников, с блужданием по лесам и болотам для них — просто недоразумение. Тем не менее их охоты — в завершающей короткой фазе — зрелищны, их легко заснять и рекламировать.

Надо понимать, что во многих охотхозяйствах других охот просто не может существовать — при возможности охотиться «вольно» многочисленные охотники с нашим российским менталитетом, при весьма условном контроле, очень скоро выбьют там всю дичь вчистую. Так что палка здесь тоже о двух концах. И неудивительно, что «заказные», «коммерческие» охоты так широко показываются и пропагандируются каналом «Охотник и рыболов». Жизнь диктует свои реалии. А как назвать передачу о таких охотах — «Царская охота», или «Охотничьи приключения» — это уже дело создателей.

Если сравнивать «наши» программы и «зарубежные», то огромную разницу не увидит только слепой. Разница во всем: в постановке, съёмке, поведении, речи и даже внешности ведущих, в культуре кулинарии и манерах кулинаров, в общении охотников, соблюдении ими охотничьих традиций. Всё не в нашу пользу. У нас всё более убого и непрофессионально. Что характерно — в «их» сюжетах алкоголь рекомендуют пить и пьют открыто, но всегда — после охоты.

У нас бутылки с водкой никогда не стоят открыто, но «просматриваются» довольно явно — в лицах, в манере разговора. Чувствуется — запретная тема! Как готовят дичь «ихние» повара, приятно смотреть — чисто, красиво, неспешно, без суеты. У нас какие-то кострища, кровь, чешуя, перья, жестяные банки, черные коптильни. И «егерь», который на вопрос: что используете для копчения? — отвечает: «Сосну или ель» Ну, ладно, может быть, полуграмотный человек не знает, что как раз эту древесину применять для копчения нельзя, но создатели-то программы вместе с владельцами рыболовной базы куда смотрели? А откровения одного из «гостей» базы по способу ловли сазана на «жаберную снасть» — закидушку со жмыхом и крючками на поводках? Как насчёт Правил спортивного рыболовства, ребята?

В «Простых радостях» веселый симпатичный ведущий часто говорит невпопад, складывая предложения нередко неуклюже, как будто ему говорить-то надо, но нужных слов не хватает. И зачем при дегустации приготовленной рыбы и дичи воздевать глаза к небу, извините, громко обсасывать косточки, чавкать и ронять куски на землю или в снег, а затем их поднимать? Понятно, что вкусно, но и о культуре надо не забывать.

Рыболовные программы

В рыболовных программах вообще так и пестрят «эксперты» и «профессионалы». Складывается впечатление, что простых рыболовов скоро не останется, будут одни «эксперты» и «профессионалы». «Мы хотим, чтобы вы ловили рыбу профессионально!» А отчего это вам, ребята, так сильно хочется? Норма вылова по Правилам рыболовства — 5 килограмм, и вы прекрасно знаете, что 99,999 процентов наших рыболовов рыбу после поимки не выпускают и наловить её стараются как можно больше, сколько возможно — так на кой черт их учить ловить её «профессионально»?

А знаете что такое доморощенный «профессионал» на реке или озере, имеющий понятие о том, как наловить много рыбы, но не знающий меры? В качестве примера могу привести наши Азовские плавни, где в лиманах спиннингистами почти напрочь выбиты щука и окунь. Именно спиннингистами, а не сетями или электроудочкой.

То же самое можно сказать о программе «Подводные просторы России». Там ведущий театрально-восторженно обещает отправиться в разные точки нашей необъятной Родины и охотиться на сома, судака и другую крупную рыбу. Действительно, есть люди, которым ловля рыбы с берега или лодки кажется недостаточно интересной, и они погружаются в воду, чтобы гарпунить рыбу непосредственно в ее родной стихии. Это, как известно, не запрещено. Тем более что, по заверениям А. Кочубея, под водой так много красивого!

Но давайте подумаем — а что НА САМОМ ДЕЛЕ происходит, когда среднестатистический российский «дайвер» погружается в воду с подводным ружьем в руках? Он хочет того же, поверьте, что и его двоюродные братья с удочками — добыть как можно больше рыбы. И он гарпунит эту рыбу с чисто российской удалью — сколько сможет. А подводные красоты отходят на второй план — если они вообще его волнуют, среднестатистического «подвоха». Есть бесконечное множество примеров, когда после появления в реке, лимане или озере подводных охотников там попросту исчезала крупная рыба. Дайверы вчистую выбивают так называемое маточное поголовье сазана, судака, сома, щуки, карпа и леща. Ведь современные костюмы для подводной охоты позволяют нырять и зимой!

Крупная рыба в зимний период скапливается в определенных местах, так называемых зимовальных ямах и стоит недвижимо. Бей на выбор. Не надо мне говорить о красотах! Я беседовал с «подвохами» и слушал такие откровения, что лучше бы я их не слышал. Кроме того, видел огромное количество набитых сомов и сазанов. А вот о красотах — как-то не пришлось. Не надо песен, всех интересует только добыча. Наверное, не случайно именно в связи с истребительным характером подводной охоты в одной из областей России принято постановление о её запрете. А может, дай Бог, уже и не в одной.

Я не призываю полностью запретить подводную охоту. Кому-то действительно нравится не только протыкать рыбу гарпуном, но и просто плавать в подводном царстве. Однако ограничения в правилах для подводной охоты необходимы. Они должны касаться мест её проведения, минимальной глубины и сроков охоты. У нас в этом смысле полнейший «завал», и сотни «подвохов» вносят посильный вклад в дело уничтожения рыбных запасов. Вспомните кадры из одной передачи: дайверы по пояс в воде ползают среди тростников на волжских раскатах, таская за собой на кукане десятки огромных сазанов. Так ведь это только верхушка айсберга, как говорится.

У нас в Азовских плавнях в лиманах вообще больших глубин нет — метр-полтора от силы. Там рыба против «подвохов» совершенно беззащитна. А попробуйте узнать, найдется ли хоть один владелец частного водоема, который разрешил бы охотиться в нем людям с гарпунами? Ну, только если «по великому блату» или под очень жестким контролем. Так что радикальные ограничения в подводной охоте абсолютно необходимы. В итальянских передачах «ихний» ныряльщик охотится за рыбой в море, на большой глубине. «На Западе» никому в голову, наверное, не придет разрешить охоту с гарпуном на глубине метр-полтора. Они разве с ума сошли?

Мне совершенно неинтересна и скучна тема с игрой в «перетягивание каната» при ловле морской рыбы с яхт: согнутые спиннинги и однообразный восторженный визг участников ловли с дежурными возгласами о «потрясающей», «сильной», «превосходной» и «великолепной» рыбе. Не могу понять невероятное веселье с диким смехом при виде живого существа, выпрыгивающего из воды на остром стальном крючке и тем более поддетого багром за бок. Удовлетворение, даже восторг должны быть, но не до такой же степени, не такие показушно огромные. Но, видимо, так как это в первую очередь шоу, выражать свои чувства бурно там все-таки является комильфо.

То же самое можно сказать в отношении безусловно прекрасного канадского шоу «Охота в Новом Свете». Всё там чисто, красиво и профессионально. Великолепен и в высшей степени компетентен во всех вопросах ведущий — Томас Пиджеон, прекрасно организованы и показаны охоты на копытных, медведя, фазанов, диких индюков, уток и гусей. Участники охот корректны, доброжелательны, симпатичны, отлично стреляют (никому и в голову не придет объяснять промахи слишком близким пролётом гусей, например), прекрасно показана природа и бережное к ней отношение всех без исключения — стреляные гильзы собираются, и никто не бросит окурок, там попросту никто не курит — это, скорее всего, считается дурным тоном, а вспомните у нас то и дело торчащие изо рта сигареты и кривые улыбки. Выше всяких похвал шеф-повар Майк Олсон: опять это недостижимое, наверное, для нас умение ВКУСНО, КРАСИВО, ЧИСТО и быстро показать рецепт и способ приготовления той или иной дичи.

Трудно лишь понять опять это безудержное веселье при стрельбе, например, луговых собачек. Как ни крути, но даже этот многочисленный маленький вредитель сельскохозяйственных земель Америки и Канады является теплокровным живым существом, и взрывы безудержного веселья в момент, когда пуля малокалиберной винтовки отбрасывает зверька, смотрятся не совсем нормально, тем более, что вместе с отцом весело хохочет его дочь, раз за разом убивая потешных луговых собачек. И эти их реплики: «Тебе весело?» — «Да, конечно, очень весело! Веселая охота!». Думается: неужели им правда ВЕСЕЛО? Неужели, правда, им ТАК весело при виде смерти маленьких сусликов? Наверное, законы успешного шоу очень жестки. Настолько жестки и непоколебимы, что нам их понять трудно.

Наверное, никогда не пойму я итальянских охотников, стреляющих дроздов из специального укрытия. Однако потрясает и вызывает уважение подготовка к этой, казалось бы, странной охоте — без преувеличения огромный, кропотливый и высококвалифицированный труд по содержанию подсадных птиц.

Конечно, в небольшой статье трудно дать собственную оценку всем программам канала «Охотник и рыболов», высказать свое мнение относительно всех аспектов и проблем, которые он затронул. Но кое о чем поговорить, мне кажется, всё же удалось.

Хотелось бы пожелать руководству канала выпуска новых интересных программ, участия в них компетентных, культурных людей. Совершенствуйтесь, помогайте тем, кто имеет своим хобби охоту и рыбалку, понять, что наше отношение к природе и к самим себе формирует общество людей, которым небезразлично будущее их страны.

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд Нет рейтинга
Загрузка...